Боровиков и Тамаров пластическая хирургия

Мужское бесплодие подвластно хирургу

Александр Жаров
Консультант – профессор Алексей Боровиков

“Адам познал Еву, жену свою;
и она зачала,
и родила Каина” – написано в Библии. К сожалению, каждый десятый брак не может реализовать своего основного предназначения. Обычно
в бесплодии семьи принято винить женщину.
По расхожему мнению, способность
к вступлению
в интимные отношения,
то есть эрекция уже является достаточным доказательством нормальных детородных возможностей мужчины.
Однако, это далеко не так.

Сексуальная функция и способность к зачатию в мужском организме так же далеки друг от друга, как законодательная и исполнительная власть в демократическом государстве. В период полового созревания в формирующемся мужском организме резко повышается выработка гормона тестостерона. Этот гормон определяет все признаки половой принадлежности – голос, рост волос и, наконец, эрекцию. Мужские половые клетки вырабатываются при участии того же тестостерона в совершенно отдельном изолированном регионе – яичках. По своей структуре яички представляют многокилометровую сеть миниатюрных протоков с боковыми ответвлениями и ходами. Вот в этом компактно свернутом и аккуратно уложенном в мошонку лабиринте рождаются, развиваются и отправляются в свой первый и последний поход на поиски яйцеклетки мужские половые клетки – сперматозоиды. И хотя в зачатии участвует всего один сперматозоид, при каждом семяизвержении – эякуляции их выбрасывается несколько сотен миллионов.

Вернемся к началу нашего разговора о бесплодном браке и проследим классическое развитие семейного конфликта. Несколько лет предполагаемая виновница проблемы посещает гинекологов различных уровней и рангов, проходит все мыслимые и немыслимые анализы и исследования, которые, увы, никакого объяснения бездетности не дают. Только после этих мытарств муж поддается на уговоры жены и врачей и относит в лабораторию продукт семяизвержения. И вот оттуда-то семья получает однозначный и обескураживающий ответ: сперматозоидов в сперме нет!

“Как! – воскликнете вы. – А что же тогда было в пробирке, если не сперматозоиды?!” Дело в том, что семенная жидкость, объем которой при каждом семяизвержении измеряется несколькими миллилитрами, лишь на доли процента состоит из сперматозоидов, все же остальное – секрет предстательной железы и семенных пузырьков, находящихся вне яичек. Подобный “эскорт” необходим сперматозоидам для защиты от агрессии окружающей среды и обеспечения максимальной подвижности и активности при оплодотворении яйцеклетки.

Почему исчезли сперматозоиды? Этому есть несколько причин. Оставим в стороне недостаточную выработку мужских половых гормонов. В этом случае с детородной страдает и сексуальная функция. При врожденном отсутствии производства сперматозоидов сексуальная функция может быть сохранена, но эффективного лечения, к сожалению, не найдено. Единственный возможный здесь способ продолжения фамилии – это усыновление чужого ребенка или осеменение супруги спермой анонимного донора. Подобная процедура таит массу психологических и процессуальных сложностей, но при обдуманном и правильном подходе дает прекрасные результаты.

Мы же сегодня поговорим о тех представителях сильного пола, которые к моменту половой зрелости были вполне способны к продолжению рода, но затем эту способность по каким-то причинам утратили. Результат анализа спермы тем более пугающ и непонятен для тех мужчин, которые уже имели определенный добрачный опыт и даже были причастны к чьему-то “интересному положению”. Загадка? Отнюдь. Помимо нежелательных беременностей случайные связи чреваты и другими неприятными последствиями – воспалительными заболеваниями, передающимися половым путем, проще говоря – венерическими болезнями. При неправильном или не своевременно начатом лечении венерической болезни, воспалительный процесс может захватывать любые органы половой системы, в том числе и яички. Всем нам известно, что после серьезного воспалительного процесса остается рубец. В миниатюрных протоках придатка яичка подобные рубцы становятся для сперматозоидов непреодолимым препятствием – своеобразной пробкой. Организм мужчины по-прежнему способен к выработке сперматозоидов, но они не могут покинуть место сбора – придаток яичка. Вот и получается, что с каждым семяизвержением в путь отправляется только “королевский эскорт” – сок предстательной железы и семенных пузырьков. Сперматозоиды остаются замурованными в стенах крепости, где и заканчивают свои дни.
Воспалительные процессы в семявыносящих путях самая частая, однако не единственная причина мужского бесплодия. Например, может быть поврежден или сдавлен рубцами разнообразных хирургических операций семявыносящий проток. Бесплодием может обернуться самая банальная грыжа у ребенка. Ведь у детишек семявыносящие протоки еще тонки и плохо различимы. Поскольку и здесь причиной бесплодия оказывается механическое препятствие, лечиться уколами и таблетками бесполезно. Единственный выход – операция.

Смысл ее прост – обойти мешающую нормальному движению преграду. Но, как говорится, легко сказать… Внутренний диаметр семявыносящих путей невероятно мал – всего полмиллиметра! Поэтому первые эффективные операции по лечению мужского бесплодия были сделаны в мире всего лет 15 назад – после появления микрохирургии. Вооруженные микроскопом и специальными микроинструментами, хирурги сегодня в совершенстве овладевают способами создания “обходных путей” для сперматозоидов. Однако прежде чем создать обход, нужно найти препятствие, а это не менее сложно, чем сшить миниатюрные трубочки. Например, в Клинике Корнельского университета в Нью-Йорке на этапе поиска хирургу помогает целая лаборатория.
Но оставим обсуждение тонкостей специалистам и перейдем к заключительному этапу операции, когда протоки сшиты, а препятствие осталось в стороне. Что же дальше? Через несколько дней после операции проводится исследование семенной жидкости. Если сперматозоиды обнаружены – ура – ожидаемый результат достигнут. Однако длительно не работавшее спермопроизводство восстанавливается постепенно. Вот тут самое время обратиться к таблеткам и уколам, стимулирующим их выработку. Нужно набраться терпения – настройка тонкого механизма требует длительного времени. Сперму надо контролировать каждые 2-3 месяца. Пациент должен осознать, что теперь время работает на него. Порой беременность наступает через год, а то и два после микрохирургической операции. Наименее доверчивые бегут (теперь уже тайком) с той же заветной пробиркой в ту же лабораторию и – вот она победа – миллионы шустрых хвостатых сперматозоидов. Но игра стоит свеч, ведь цена вашего терпения – долгожданный ребенок!