меню
MENUMENU
Боровиков и Тамаров
пластическая хирургия
+7-495-231-60-33
Москва, ул. Садовническая, 11с2
ежедневно с 8:30 до 20:00
Заказать звонок

Трансплантация

ВМЕСТО ХВОСТА — НОГА,
А НА НОГЕ — РОГА

Александр Жаров
Консультант — профессор Алексей Боровиков

Возможность восстановить безвозвратно утраченные органы и ткани волнует врачей уже не одно столетие.
В IX веке от Рождества Христова, канонизированные ныне святые, а тогда обыкновенные лекари Косьма и Дамиан произвели первую документально зафиксированную операцию по пересадке. Они пришили покалеченному в битве ассирийскому вельможе ногу погибшего товарища — негра. Гениальная догадка Косьмы и Дамиана заключалась в том, что они сшили кровеносные сосуды. Нога прижилась. Правда, злые языки говорили, что через некоторое время она все же отвалилась. Так оно было или иначе, святых Косьму и Дамиана все равно казнили, а их замечательная идея осталась жить.
Основное препятствие пересадки чужой ткани, которая сегодня занимает умы специалистов, скрывается в генетическом коде. У каждого человека он абсолютно индивидуален и на чужака — будь то кусочек кожи или целый орган, организм реагирует изменением иммунитета, вызывающим отторжение пришельца. Правда, на выработку клеток и веществ, вызывающих отторжение, необходимо определенное время. Вот почему поначалу Косьма и Дамиан могли быть уверены в успехе. В конце 50-х годов, когда были изобретены первые лекарства, угнетающие реакцию отторжения чужого, пересадка органов перекочевала из лабораторий в операционные. Однако и до сегодняшнего дня проблема отторжения до конца не решена. Удается замедлить процесс иногда на долгие годы, но рано или поздно чужое сердце, почку, печень или легкие новый хозяин все же отвергает.

Поэтому, после ряда неудачных экспериментов с чужими тканями, врачи обратили взоры на возможность пересадки своих. Набор генов в разных участках тела ничем не отличается. Кожа и кости, сердце и мозг вырастают во время внутриутробного развития из одной и той же клетки. Но, как известно, у Всевышнего ничего не бывает лишним. Хирурги, воссоздавая безвозвратно утраченное, должны помнить, что донорский «кредит» самого себя не беспределен, так что и здесь должен работать принцип разумной целесообразности.

Все ткани пересадке покорны: кожа забирается со скрытых одеждой частей тела и пересаживается на обожженное лицо. «Богатые» мышцами ноги — отличный источник мускулов при их недостатке на лице и руках. В косметологии, отсасывая в одном месте подкожно-жировую клетчатку и перенося ее в другое, пластические хирурги изменяют привычные контуры тела. Сгибающие пальцы сухожилия стопы, основная работа которой — опора, с успехом восстанавливают функцию захвата и возвращают все разнообразие движений поврежденной кисти. Голень, оказывается, вполне устраивает присутствие только одной кости — большеберцовой, когда ее сестра — малоберцовая кость отправляется на замену, например, нижней челюсти.
Аналогична универсальность и реберных костей. Продолжая «реберную» тему, скажем, что пластические хирурги имеют многолетний опыт восстановления ушных раковин и носа с помощью реберных хрящей. А сосудистые хирурги восстанавливают кровообращение в любых органах с помощью участков вен и артерий, которыми щедро наградила природа руки и ноги. Словом, нет предела в возможностях перемещения органов в пределах одного человеческого тела. Поскольку родное не отторгается, единственная проблема — обеспечить полноценное питание органа — путешественника. Хирурги давно заметили, что любые кусочки ткани как бы прилипают и приживаются после перемещения, при условии, что они плоские, тонкие и маленькие. В этом случае организм сам постепенно восстанавливает прерванное кровоснабжение. Благо, что размер недостающих сосудов миниатюрен. При перемещении более массивных «конструкций» нельзя разрывать сосудистые связи, а это ограничивает дистанцию перемещения. Такие операции делаются, например, при замене удаленного желудка участком кишечника. Впрочем, в наше время и невозможное постепенно становится возможным. После появления на свет микрохирургии стали забирать вместе с переносимым органом и принадлежащие ему сосуды. Артерии и вены присоединяются в новом месте по «принципу Косьмы и Дамиана», и к человеку возвращаются утраченные способности.

В некоторых случаях именно такое перемещение и оказывается единственным вариантом полноценного восстановления функции. Например, утраченные после травмы или в результате отморожения пальцы кисти лишают руку способности к захвату. Ни карандаш, ни ложку не взять. Единственный путь вернуть потерянную способность держать — пересадить пальцы стопы. Китайские пластические хирурги пересаживают пять из пяти пальцев, хотя для эффективного захвата достаточно двух пальцев, противопоставленных друг другу, как бранши щипцов. Конечно, на фортепиано такими пальцами не поиграешь, но жизненно необходимые функции к человеку вернутся.

Травматология — не единственное поле деятельности микрохирургов. Случается, ребенок рождается без какого-либо органа. Отсутствовать может что угодно, начиная от фаланги пальца или ушной раковины и заканчивая целыми органами и участками тела. Только микрохирургия может в этом случае обеспечить человеку должный облик или физические возможности.

Самый большой фронт работ — увы — открывает для пластических хирургов онкология. Дело в том, что объем удаляемых тканей при онкологических операциях огромен. Нередко восстановление органа просто жизненно необходимо (как это бывает при операциях на органах-трубках желудочно-кишечного тракта, мочевыведения и дыхания). В других случаях восстановительная операция выполняет роль скорее психотерапевтического средства, как это бывает при пластике молочной железы, при лечении рака груди, когда для полного выздоровления не хватает именно душевного покоя.
Успешная пересадка органов — это всегда счастливый билет, превращающий страдальческое существование в полноценную жизнь.